Почему уничтожали, уничтожаем и будем уничтожать наше наследие?
С домов боярских герб старинный
Пропал, исчез... и с каждым днем
Расчетливым покупщиком
В слепом неведенье, невинно,
Стираются следы веков,
Следы событий позабытых,
Следы вельможей знаменитых, -
Обычай, нравы, дух отцов -
Все изменилось!..
Е.П.Растопчина
"Мид Москвы"
В середине 1980-х годов активисты Московского городского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры передавали друг другу из рук в руки машинописный «самиздатовский» апокриф-антиутопию. Действие происходило в Москве XXI века, в которой, после многочисленных реконструкций, уцелел один-единственный, последний памятник архитектуры. Но и его власти и проектировщики нового, еще более светлого будущего собирались отдать под снос, а общество охраны памятников героически защищало...
Смешно и грустно было это читать тогда, грустно и смешно читать об этом сегодня, но если власти и граждане будут обращаться с культурным наследием так же, как и сейчас, эта антиутопия когда-нибудь осуществится. Наши отношения с культурным наследием, если перестать заниматься самообманом, предельно просты — мы его теряли, теряем и, увы, будем терять. Если, конечно, не одумаемся.
Сухаревская башня
Чтобы эти слова не показались эмоциональным преувеличением, приведем мнение авторитетного собрания специалистов — резолюцию состоявшейся в Москве еще зимой 2000 года Всероссийской конференции «Охрана и реставрация архитектурного наследия России. Организационно-правовые и экономические проблемы». Тогда ситуация оценивалась как «катастрофическое положение в стране с охраной памятников истории и культуры, которое приведет к большим утратам ценнейшего культурного наследия народов России»[1]. Прогноз специалистов сбылся: в наши дни страна ежегодно теряет, по разным оценкам (неофициальным, потому что официальной статистики не существует), от 300 до 900 памятников.
К началу XXI века Россия сохранила жалкие остатки того наследства старины, которое получила от предыдущих столетий. Цифра «80 тысяч» (а именно столько памятников истории и культуры в настоящее время официально состоит на государственной охране в РФ) может показаться внушительной, только если не знать масштабов потерь за XX век.
Дом С.А.Есенина
Вспомним: две волны погромов дворянских усадеб — в 1905 и 1917-1918 годах. Две волны массовых сносов храмов и монастырей в 1920-1930-х и в 1960-х годах. Безжалостная по отношению к старине (за малым исключением) реконструкция исторических городов — с 1930-х по сей день. И то, что развалилось или сгорело, простояв бесхозным десятки лет. И то, что было уничтожено в ходе чересчур принципиальных реставраций и варварских «реконструкций», когда подлинный исторический памятник частично или полностью исчезал, заменялся «новодельной» копией. И исчезнувшее по другим причинам - ведь не перечесть всех способов и предлогов избавиться от подлинной старины, которая, как правило, мешает у нас воплощению генеральных планов и гениальных проектов.
Точной статистики утрат культурного наследия в России за прошедший век не существует. Но и приблизительные подсчеты позволяют почувствовать масштаб потерь: «Погибло или превращено в руины 25-30 тысяч церквей и соборов, около 500 монастырей, не менее 50 тысяч ценных городских зданий... около 2 тысяч усадеб... Погибли сотни тысяч предметов прикладного искусства, десятки тысяч художественных живописных произведений, фресок, росписей, не менее 20 миллионов икон[2]». Из 130 выдающихся памятников деревянной архитектуры Русского Севера, описанных в специальной монографии 1940-х годов, к 1986 году существовало лишь 38. По материалам Всесоюзного совещания по вопросам охраны памятников (1988), ежегодно в РСФСР разрушалось до 250 памятников архитектуры и истории, 5 тысяч находились в аварийном состоянии.
Более точные сведения история сохранила об утратах Москвы. В ней, согласно подсчетам краеведов, после 1917 года было снесено 368 храмов[3]. В 1940 году специальная комиссия Академии архитектуры СССР подвела итоги предвоенной реконструкции города: с 1917 по 1940 год «уничтожено 50% архитектурно-исторических памятников национальной архитектуры»[4]. По самым скромным подсчетам, «в Москве разрушено около 700 памятников архитектуры и около 3 тысяч зданий исторической застройки»[5]. Согласно официальным данным, преданным гласности на упомянутом выше Всесоюзном совещании 1988 года, в 1950-1980-е годы в Москве было снесено 2200 исторически ценных зданий, в том числе с 1976 года — 805. Как зафиксировано в официальных документах, в 1976-1990 годах Комиссия по вопросам сохранения зданий в исторических районах Москвы рассматривала вопрос о сносе 2575 зданий, разрешила снос 1360. Эти цифры свидетельствуют о размахе реконструкции последних десятилетий советской эпохи.
Усадьба Римского-Корсакова
Эпоха эта ушла в прошлое, но уничтожение памятников старины в Москве не прекратилось. Все меняется в нашей стране — система власти, правители, Конституция, лозунги, — не меняется только отношение к культурному наследию. Цифры — упрямая вещь, и они весомее лозунгов. В 1991-1999 годах вышеупомянутая московская «несносная» комиссия рассмотрела «дела» 1616 зданий и... разрешила снести 1300 из них. Конечно, исторически ценно далеко не все, что сносится. Однако, по сообщениям в газете «Век» и в «Независимой газете», число утраченных уже в 1990-1997 годы значимых исторических зданий и объектов (среди которых было более 25 официально состоящих под госохраной памятников истории и культуры) значительно. По подсчетам конца 1990-х, их было уничтожено 55, искажено — 116. Речь в публикациях, конечно, шла о наиболее ценных объектах наследия, о самых горьких утратах. Более полные данные собраны в настоящей книге.
Можно сформулировать десятки причин исчезновения каждого из тысяч исторических памятников, погибших в России в XX веке. Но есть одна общая, которая, как нам кажется, объясняет все. Охрана культурного наследия есть своего рода противостояние всесокрушающему Времени и, если угодно, «прогрессу», который означает непрестанное видоизменение, а то и полную смену тех или иных материальных и духовных ценностей, сопутствующих человечеству во времени.
[1] Гаврилов С. Бедные памятники // Независимая газета. 2000. 25 февраля
[2] Платонов О. Путешествие в Китеж-град // Москва. 1990. №4. С.166
[3] Бурин С. Позвольте уточнить // Московский комсомолец. 1989. 26 февраля
[4] Архитектурные вопросы реконструкции Москвы. М. 1940. С.47
[5] Платонов О. Указ. Соч. С. 166
